Как лишившийся ноги житель СКО судился с главным госинспектором труда

Доказать отсутствие вины в несчастном случае оказалось непросто

Беда с Алексеем случилась весной 2024 года, когда он работал по договору в столичной фирме, занимающейся строительством дорог и автомагистралей. Мужчина был обязан заправлять технику топливом на объекте. Утром 18 марта, получив заявку, он направился в сторону ближайшего села. Сначала заправил бульдозер, потом ему предстояло заправить экскаватор.

Но когда Алексей наступил на его подножку, то получил удар током. В итоге — ожоги волосистой части головы (15%), правого предплечья (четвертой степени), левой ноги (четвертой степени) с последующей ее ампутацией.

О причинах происшествия сообщается в письме АО «Северо-Казахстанская распределительная электросетевая компания», направленном в адрес старшего дознавателя отдела полиции Мамлютского района.

«ТОО производились работы по отсыпке кювета в пролете опор, в результате чего был уменьшен габарит между землей и проводом до 04 метров, — указано в письме. — Предположительно, машинист экскаватора подвел стрелу экскаватора к ВЛ-35 на недопустимое расстояние, вследствие чего произошло растекание электрического тока через экскаватор на землю, машинист в тот момент и попал под напряжение. Данный вид работ ТОО с АО СКРЭК не согласовывало».

Тяжелые травмы стали только началом испытаний, через которые пришлось пройти мужчине. Чтобы просто установить факт трудовых отношений с фирмой, Алексею пришлось обратиться в межрайонный суд по гражданским делам Астаны, который в удовлетворении иска отказал. Однако судебная коллегия по гражданским делам это решение отменила, установив факт трудовых отношений.

Позже департаментом государственной инспекции труда по Северо-Казахстанской области была создана комиссия по расследованию несчастного случая. Так вот она пришла к выводу, что несчастный случай не связан с трудовыми отношениями, а потому не подлежит оформлению.

Однако в комиссии оказался человек, у которого на сей счет было другое, особое мнение. Государственный инспектор труда БЕЙСЕМБИН написал, что все-таки «несчастный случай связан с трудовой деятельностью и подлежит оформлению актом утвержденной формы, причем с установлением вины работника 0% и степенью вины работодателя ТОО 100%».

Он добился от руководства выдачи заключения. Правда, главный государственный инспектор труда СКО указал, что в произошедшем есть вина и работодателя, и работника — по 50%.

Алексей, которому установили третью группу инвалидности, решил продолжить борьбу за справедливость. Осенью прошлого года он обратился в Специализированный межрайонный административный суд СКО с иском к главному государственному инспектору труда по СКО САБАГАНОВУ, потребовав отменить в заключении пункт, где указана степень вины в несчастном случае. По мнению истца, его вины в случившемся нет вообще, на 100% виновен работодатель.

«Истец просил признать незаконным и отменить заключение в части установления 50% вины работника и работодателя, — указано в материалах дела. – Требования мотивировал тем, что его вины в грубой неосторожности не имеется. Перчатки для защиты от механических воздействий не выдавались. В июле 2023 года ему были выданы только куртка и штаны. Считает, что расследование проведено без установления фактических обстоятельств».

Ответчик с административным иском не согласился, указав в своем отзыве, что при составлении заключения были изучены все материалы специального расследования по делу. Мол, истец сам пренебрег мерами личной безопасности при работе по заправке автотранспорта. Он не принял во внимание жесты оператора экскаватора, сигнализирующие о запрете подъезда автоцистерны.

Работодатель настаивал, что Алексей вообще на 100% виновен в случившемся. Дескать, он имеет свидетельство о допуске к перевозке опасного груза, проходил специальное обучение. Кроме того, с ним был проведен инструктаж по безопасности и охране труда.

Зато Алексея поддержал госинспектор Бейсембин, настаивавший, что неосторожности со стороны работника не было, а также… Комитет государственной инспекции труда Министерства труда и соцзащиты населения.

Выслушав свидетелей, суд пришел к выводу, что инструкция по безопасности и охране труда для водителя бензовоза на момент несчастного случая у работодателя отсутствовала. Кроме того, работодатель не обеспечил истца средствами индивидуальной защиты, необходимыми для выполнения работ вблизи ЛЭП. Работы проводились в зоне действия охранных зон ЛЭП, где, согласно ГОСТ, должны использоваться диэлектрические перчатки.

 Административный иск суд решил удовлетворить.

«Заключение главного государственного инспектора труда по вопросам расследования несчастного случая, связанного с трудовой деятельностью, изменить в части установления вины, установить степень вины работника — 0%, степень вины работодателя — 100%», — указано в решении.

Суд также вынес частное определение в адрес Комитета о допущенных нарушениях со стороны главного госинспектора труда области. Последний, не согласившись с тем, что не обеспечил объективное исследование материалов о несчастном случае, обратился в апелляционную инстанцию. Туда же поступила и жалоба от работодателя, требовавшего отменить решение СМАС. Но коллегия по административным делам областного суда оставила жалобы без удовлетворения, а решение и определение – без изменения.

Как пояснили в суде, такой исход дела дает мужчине, лишившемуся ноги, возможность получения полного объема компенсаций и выплат, предусмотренных при производственных травмах.

Это важно и для множества других работников, возможно, это решение – шанс, что подобные случаи перестанут настойчиво характеризовать фразой «сам виноват». К слову, за 2024 год в СКО было зарегистрировано 38 несчастных случаев на производстве, пять из которых закончились гибелью людей. Итоги 2025 год пока неизвестны. Но в первом полугодии в области было зафиксировано 17 таких случаев с 22-мя пострадавшими. При этом СКО относится к регионам с низким уровнем производственного травматизма.

Фото: Getty Images.

ДЕЛИТЕСЬ СВОИМ МНЕНИЕМ И ОБСУЖДАЙТЕ СТАТЬЮ НА НАШЕМ КАНАЛЕ В TELEGRAM!