Иран и атом

По состоянию на 2025 год МАГАТЭ насчитало в Иране 27 ядерных объектов, из них 7 – незадекларированные

Наследный принц Саудовской Аравии Мохаммед бен САЛМАН не раз в своих интервью сравнивал Высшего руководителя Ирана аятоллу Али ХАМЕНЕИ с Адольфом ГИТЛЕРОМ.

«Он (аятолла) хочет создать на Ближнем Востоке собственный проект, очень похожий на планы Гитлера, который тогда стремился к экспансии. Многие страны во всём мире и в Европе не понимали, насколько опасен Гитлер, пока не случилось то, что случилось. Я не хочу, чтобы то же самое произошло на Ближнем Востоке», – заявил наследник саудовского престола в программе «60 минут» на CBS.

Позже наследный принц Саудовской Аравии в интервью газете New York Times вновь назвал верховного лидера Ирана «новым Гитлером Ближнего Востока», резко обострив словесную войну, которая длится между двумя заклятыми врагами многие годы.

Мухаммед бен Салман, который также является министром обороны Саудовской Аравии, добавил, что предполагаемой экспансии Исламской Республики под руководством аятоллы Али Хаменеи необходимо противостоять.

«Мы научились у Европы, что политика умиротворения не работает. Мы не хотим, чтобы новый Гитлер в Иране повторил то, что произошло в Европе, на Ближнем Востоке», – цитировала его слова газета.

Было бы странно, если бы мнение наследного принца крупнейшей монархии Арабского Востока не разделяли Израиль и страны Запада, под лозунгом смерти которым режим аятолл живёт с первых дней своего прихода к власти в Тегеране.

Но так было далеко не всегда.

Шах Реза ПЕХЛЕВИ был бесконечно далёк от образа идеального руководителя страны. Собственно, правление шаха – типичный пример яркого взлёта, пышного расцвета и бесславного падения любого режима автократического образца.

Автократии без сменяемости власти во все времена, как правило, начинают за здравие, а заканчивают за упокой. И свершившаяся в Иране в 1979 году Исламская революция, которая, следуя закономерностям истории, стала в итоге пожирателем собственных детей, – во многом следствие ошибок шаха.

Вместе с тем при правлении шаха Пехлеви Иран на протяжении десятилетий являлся бесспорным лидером Ближнего Востока, умело выстраивающим добрососедские и взаимовыгодные отношения и с Арабским миром, и с Турцией, и с Израилем, и с Европой, и с США.

Стоит ли говорить, что государства, ориентированные на мирное сосуществование и процветание, не вызывают геополитической изжоги и экзистенциального страха у окружающих, являясь привлекательными гаванями для инвестиций и сотрудничества в самых разных сферах, в том числе и в области ядерной энергетики. Этот «сладкий плод» сложных технологий для таких государств вовсе не под запретом мирового сообщества.

Всё началось в конце 1950-х годов, когда иранский шах решил изменить сложившийся веками архаичный уклад жизни иранцев. Мохаммед Реза Пехлеви предпринял попытку так называемой «Белой революции» или, выражаясь современным языком, модернизации. Это был проект по вестернизации страны с переходом на западные рельсы.

5 марта 1957 года Иран подписал соглашение с США о сотрудничестве в мирном использовании атомной энергии в рамках американской стратегии «Атом для мира». Название стратегии происходило от речи президента США Дуайта ЭЙЗЕНХАУЭРА «Атом для мира», произнесённой перед Генеральной Ассамблеей Организации Объединённых Наций в 1953 году. Как бы странно это ни звучало, президент Эйзенхауэр рассматривал свою стратегию «Атом для мира» отчасти как форму контроля над вооружениями.

В том же 1957 году было создано Международное агентство по атомной энергии (МАГАТЭ), и Иран сразу же в следующем году стал членом МАГАТЭ.

В 1963 году Иран присоединился к Договору о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, в космическом пространстве и под водой, который подписали СССР, США и Великобритания в Москве 5 августа 1963 года.

В 1967 году в Тегеранском ядерном научно-исследовательском центре был введён в эксплуатацию американский исследовательский реактор мощностью 5 МВт, имеющий в качестве топлива более 5,5 кг высокообогащённого урана.

В том же году США поставили в Центр граммовое количество плутония для исследовательских целей, а также «горячие камеры», способные ежегодно выделять до 600 г плутония. Таким образом, было положено начало созданию научно-технической базы для развития атомной энергетики в Иране.

1 июля 1968 года Иран подписал Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), который предусматривает использование атомной энергии только в мирных целях, и ратифицировал его в 1970 году.

В 1974 году шахом Ирана был обнародован план развития атомной энергетики, тем самым была поставлена задача в течение двадцати лет построить 23 атомных реактора общей мощностью 23 ГВт, а также создания замкнутого ядерного топливного цикла (ЯТЦ).

Для реализации программы была создана Организация по атомной энергии Ирана (ОАЭИ).

В 1974 году ОАЭИ за 1 млрд долларов приобрела десятипроцентный пакет акций газодиффузионного завода по обогащению урана, строившегося в Трикастене (Франция), у международного консорциума «Eurodif», совладельцами которого являлись испанская компания ENUSA, бельгийская «Synatom», итальянская ENEA. При этом Тегеран получил право выкупать продукцию завода и иметь полный доступ к обогатительной технологии, разрабатываемой консорциумом.

В том же 1974 году для подготовки иранских учёных и инженеров, которым предстояло эксплуатировать АЭС, в Исфахане совместно с французскими специалистами было начато строительство второго в стране центра ядерных технологий и исследований.

К 1980 году планировалось разместить в нём исследовательский реактор и установку по переработке отработанного ядерного топлива французского производства.

А потом пришёл Аятолла…

P.S. Сложная история противостояния клерикального Ирана с мировым сообществом привела к тому, что в 2006 году переговоры с Ираном по его ядерной программе провалились, и досье по ядерной программе этой страны было вынесено на рассмотрение СБ ООН. Введение полного эмбарго в отношении Ирана было признано после голосования членами СБ ООН.

В январе того же года 5 членов СБ ООН + Германия встретились в Лондоне и обвинили Тегеран в стремлении производить ядерное оружие.

С 2006 по 2015 год СБ ООН принял пять резолюций по введению санкций против Ирана.
Санкции запрещают экспорт в Иран атомной, ракетной и значительной части военной продукции, прямых иностранных инвестиций в нефтегазовую и нефтехимическую промышленность Ирана, экспорт продукции тонкой нефтепереработки, а также любые контакты с Корпусом Стражей Исламской Революции (КСИР), банками и страховыми компаниями, финансовые транзакции и сотрудничество с морским флотом Ирана.

12 июня 2025 года МАГАТЭ приняло резолюцию о том, что Иран не выполняет свои обязательства в рамках режима нераспространения ядерного оружия. По состоянию на 2025 год МАГАТЭ насчитало в Иране 27 ядерных объектов, из них 7 – незадекларированные.

Занавес.

Источник: страница Тимура Сейтмуратова в Facebook. Публикуется с разрешения автора.

Фото: AP Photo / HASAN SARBAKHSHIAN.

ДЕЛИТЕСЬ СВОИМ МНЕНИЕМ И ОБСУЖДАЙТЕ СТАТЬЮ НА НАШЕМ КАНАЛЕ В TELEGRAM!