Процессуальное упущение карагандинской судьи Альжановой повлекло перенос заседания кассационной коллегии

Истица отправила дополнение к возражению на отзывы ответчиков в день проведения слушаний в кассационном суде

В четверг, 30 июля 2026 года, в кассационном суде по гражданским делам состоялось заседание по жалобе судьи Казыбекбийского районного суда №2 города Караганды Асем АЛЬЖАНОВОЙ к ТОО «Карагандинский автобусный парк №2», его нынешнему учредителю, частному нотариусу Гульфие ТУСУПБЕКОВОЙ и НАО «Государственная корпорация «Правительство для граждан».

Напомним, в начале 2025 года Галымжан ЖАКСЫБАЕВ, работавший директором ТОО «Карагандинский автобусный парк № 2», скоропостижно скончался во время командировки в Алматы. Сразу после похорон его супруга – судья Казыбекбийского районного суда №2 города Караганды Асем Альжанова – весь 2025 год активно заваливала своих коллег по цеху исками, которые подавала в отношении бывшей свекрови Батимы РУСТЕМОВОЙ, ТОО «Карагандинский автобусный парк № 2», его нынешнего учредителя и нотариуса. Этими исками судья Альжанова добивалась, чтобы через суд отменить сделки по долям ТОО и чтобы её признали законной наследницей компании, владеющей имущественным комплексом автобусного парка, который ещё в 2019 году был продан её супругом.

Началось заседание с того, что адвокат, представляющий интересы судьи, высказал возражение насчёт присутствия в зале суда представителя СМИ. Причём сделал он это с весьма интересной аргументацией:

– Накануне данного судебного заседания корреспондентом ПЕРХАЛЬСКИМ была выложена статья в соцсетях и на сайте Hronika.kz, где, по нашему мнению, использовались некорректные и недопустимые выражения, а именно, к примеру: «Получится ли у судьи завладеть автопарком или восторжествует концепция «Закон и Порядок»?». То есть некорректные и недопустимые высказывания, где обществу навязываются ложные суждения.

Мне сложно судить, насколько ложной может быть концепция «Закон и Порядок», предложенная президентом Казахстана, или словосочетание «завладеть автопарком», если истица на сегодняшний день им не владеет, документы о владении им у неё отсутствуют, а в действительности, подавая различные иски, она пытается им завладеть. В судах судья Альжанова заявляет, что являлась совладелицей автопарка совместно с супругом с 2012 года. Как такое возможно в правовом государстве, если Закон «О противодействии коррупции» запрещает должностному лицу заниматься предпринимательской деятельностью, иметь в собственности имущество, использование которого влечёт получение доходов? Общеизвестно, что при наличии такого имущества должностное лицо – госслужащий или судья – обязано передать его в доверительное управление, а в случае непередачи это обстоятельство является основанием для прекращения государственной службы или иной соответствующей деятельности. В связи с этим возникает вопрос: как Альжанова, являясь в 2012 году работником прокуратуры, стала впоследствии судьёй в нарушение этого порядка? Куда тогда смотрели уполномоченные органы? Получается, либо Альжанова скрыла от них факт наличия у неё доли в ТОО при назначении на должность судьи, либо никакой долей в ТОО она никогда не владела. Полагаем, это обстоятельство подлежит тщательной проверке уполномоченными органами. Иначе о какой концепции «Закон и Порядок» можно говорить, если действующая судья заявляет о том, что в период нахождения в должности судьи имела в собственности компанию, занимающуюся предпринимательской деятельностью?

Да, у материала «Развод чистой воды: под заявлением о прекращении расторжения брака судьи Альжановой оказалась поддельная подпись её супруга» действительно был подзаголовок: «Получится ли у судьи завладеть карагандинским автопарком или восторжествует концепция «Закон и Порядок». Материал был лишь об одном факте: в жалобе в кассационный суд Альжанова указала, что апелляционная коллегия ошибочно пришла к выводу о прекращении брака между ней и Жаксыбаевым до его смерти, в то время как решение суда о расторжении брака якобы не вступило в законную силу. В свою очередь юристы автопарка обратили внимание, что подпись Жаксыбаева под заявлением в суд, послужившим основанием для прекращения исполнения решения суда о расторжении брака, на его подпись не похожа. Для удостоверения достоверности подписи была запрошена письменная консультация специалиста-криминалиста Евгения ЦАПЛИНА, который провёл исследование подписи Жаксыбаева под заявлением и пришёл к однозначному выводу: на этом заявлении подпись выполнена не супругом судьи Альжановой. Никакого давления на суд и никаких тайных смыслов со стороны СМИ.

Кассационная коллегия отказала адвокату в просьбе провести заседание без представителя СМИ, так как процесс открытый. После этого ему предоставили возможность изложить позицию своей доверительницы.

Из всех судебных разбирательств по этому делу во всех судебных инстанциях складывается впечатление, что со стороны истицы изначально не было никаких документов и доказательств того, что судья Альжанова вообще имела какое-то право на долю в ТОО. Её доводы основаны на предположениях, а доказательства добываются исключительно в ходе судебных заседаний – из услышанного со стороны представителей ответчиков, – и в следующей инстанции подкрепляются весьма сомнительными доводами и постоянно меняющейся позицией истицы. Это отметила, в том числе выступая в кассационном суде, и нотариус, удостоверившая сделку с Жаксыбаевым. Очень странные действия, учитывая, что судья Альжанова сама регулярно рассматривает споры между юридическими и физическими лицами о правах на имущество. Получается, Альжанова изначально должна была идти с исками максимально подготовленной, с полным пакетом необходимых документов. Однако этого мы не наблюдаем.

Любопытно, что часть доводов, которые озвучены юристом истицы, явно выходит за рамки дела и относится совершенно к другому договору, на основании которого покойный супруг Альжановой стал владельцем автопарка. По нему прошло отдельное судебное разбирательство и состоялось соответствующее решение, которым Альжановой в иске было отказано. Примечательно, что судьи коллегии его слушали и не перебивали, в то время как суд не вправе выходить за пределы заявленных требований и не должен исследовать доказательства, не относящиеся к предмету спора.

Однако, когда адвокат со стороны ответчиков выступал и приводил свои возражения, ссылаясь на документы и закон, председатель коллегии его прерывала, делала замечания и просила не цитировать нормы закона, хотя на ответчика возложена обязанность в своём отзыве ссылаться на доказательства и нормы права. Объяснялось это тем, что коллегия внимательно изучила материалы дела. Такое отношение со стороны коллегии было не только к одному адвокату ответчиков, но также к юристу автопарка, который подключился онлайн, и нотариусу. Им элементарно не дали полноценно высказать свою позицию, спросив лишь, есть ли у них какие-то дополнения.

Но самое интересное случилось в самом конце судебного заседания. Сначала председатель коллегии, задавая вопросы представителю истицы, стала выяснять, приняла ли Альжанова наследство, в какой доле и имеются ли какие-либо документы об этом. Получив утвердительный ответ от представителя истицы, председатель коллегии сообщила о необходимости предоставления этих документов. Видимо, это было связано с тем, что Альжанова на протяжении полутора лет заявляет себя наследницей после смерти супруга, однако документы, подтверждающие это обстоятельство, не предоставляет. На это обстоятельство судебной коллегии указал адвокат ответчика, приведя доводы об отсутствии доказательств нарушения прав истицы Альжановой на оспариваемую ею сделку. Также было обращено внимание на то, что все возможные сроки исковой давности для удовлетворения каких-либо её требований, в том числе и как наследницы, давно истекли, а потому иск не подлежит удовлетворению. Именно поэтому ещё судом первой инстанции в иске Альжановой было отказано.

Этот факт вызвал обоснованное возражение со стороны адвоката ответчика, который указал:

– Это же процессуальное упущение стороны истца. Почему вы позволяете донести документы? Я буду вынужден выразить вам недоверие. Что значит донести? Давайте вернёмся к ГПК. Разбирательство в кассационной инстанции может проводиться только по имеющимся в деле материалам. Я возражаю, уважаемый суд! Закон препятствует и запрещает кассационной инстанции истребовать какие-либо дополнительные документы. Почему кассационная коллегия восполняет её упущение? Я прошу пересмотреть это решение. Иначе я буду вынужден выразить недоверие суду.

После этого коллегия согласилась с доводами представителя ответчика и указала на отсутствие необходимости предоставления этих документов суду представителем истицы.

Затем председатель коллегии заявила о том, что рассмотрение дела будет отложено в связи с поступлением в день судебного заседания от представителя истицы дополнения к возражению на отзывы ответчиков с приложением каких-то документов. Заседание будет отложено для их изучения. И это при том, что кассационная жалоба истицы поступила в суд за полгода до судебного заседания, а стороне ответчиков были определены сроки для направления отзывов в суд.

Это вызывает справедливые вопросы: почему на сторону ответчиков возложены определённые обязанности, а для стороны истицы таких обязанностей не существует? Разве можно при таком подходе говорить о равноправии сторон?

В свою очередь представитель ответчика высказал возражение со ссылкой на ГПК, не допускающий в кассационном суде приобщение к делу каких-либо новых документов, так как дело должно быть рассмотрено по имеющимся материалам. Кроме того, адвокат напомнил судьям коллегии, что незадолго до этого они, прерывая его и говоря, что нет необходимости озвучивать все свои доводы, сообщали, что с материалами дела ознакомлены полностью и возвращаться к ним необходимости нет. Также было обращено внимание суда на эти действия истицы, на что одна из судей коллегии сообщила:

– Документы, возможно, не будут приняты. Но они поступили, и мы должны их изучить. Представитель истицы, это справедливое замечание в ваш адрес, что вы прямо перед заседанием отправляете какие-то документы.

Именно по этой причине и было перенесено судебное заседание, которое, как теперь известно, состоится 13 августа 2026 года. Однако непонятно, закончится ли оно в этот день или же опять будет перенесено по каким-то непонятным причинам. И будет ли соблюдён принцип «Закон и Порядок». Сколько может продолжаться эта волокита по столь несложному гражданскому делу?

Фото: © Hronika.kz / Сергей Перхальский.

ДЕЛИТЕСЬ СВОИМ МНЕНИЕМ И ОБСУЖДАЙТЕ СТАТЬЮ НА НАШЕМ КАНАЛЕ В TELEGRAM!