Бизнес по-карагандински: как депутат от партии Amanat Толеген Ашимов с сыном сэкономили на бухгалтере

И какие ещё секреты скрывает жилой комплекс «Sunrise club house» в Караганде

Как и обещали, Hronika.kz продолжает делиться с читателями самыми интересными моментами из зала Казыбекбийского районного суда города Караганды, где судья Алексей АН рассматривается непростое уголовное дело в отношении Сергея КИМА, которого трое учредителей ТОО «Sunrise Home M» — Саян АШИМОВ, Жанат ИМАНОВ и Руслан Усенбеков — обвиняют в мошенничестве при строительстве жилого комплекса «Sunrise club house», расположенного по адресу: город Караганда, улица Муканова, 61/2. Напомним, в числе учредителей ТОО выступала и супруга подсудимого – Сауле ДУЙСЕМБАЕВА, которая является общественным защитником. Таким образом через супругу Сергей Ким был не только руководителем строительства и некоторое время директором ТОО, но и равноценным партнёром при строительстве с долей 15% от уставного капитала. Дом достроен и сдан в эксплуатацию, но трое учредителей решили, что из-за действий Кима они понесли убытки в виде недополученных дивидендов.

Покупку доли в ТОО осуществляли через земельный участок для ЖК, который оценили в 200 млн тенге. Самую большую долю выкупил Марлен НУГМАНОВ — 35% уставного капитала за 70 млн тенге. У Ашимова, Иманова и Дуйсембаевой в ТОО по 15% долей – они вложили в уставной капитал по 30 млн тенге, у Усенбекова – 20% и 40 млн тенге вложений. Напомним, Нугманов, не считая Дуйсембаевой, единственный учредитель, который не написал заявление на Сергей Кима и не является по уголовному делу потерпевшим. При этом земельный участок, как выяснилось в суде, на котором построен жилой комплекс «Sunrise club house», когда-то принадлежал компании депутата Толегена АШИМОВА — ПК «Аспап». Подробности того, как он был перепродан ТОО «Sunrise Home M», вероятно, мы и узнаем в суде.

Во вторник, 2 июня 2026 года, на судебное заседание были вызваны два эксперта, которые провели четыре экспертизы, следователь, сотрудника, которая занималась бухгалтерией, а также повестка была отправлена депутату Толегену Ашимову.

Первым допрашивали следователя. Вопросы адвокатов защиты и самого подсудимого к нему касались в первую очередь ряда вещдоков, а частности ноутбука, на котором велась 1С-бухгалтерия по ТОО, финансовых документов, нюансов определения суммы ущерба и допущенные процессуальные нарушения. В том числе проведения очной ставки с одним из потерпевших, с которым Ким не был лично знаком и никогда не контактировал по работе. Пока не буду останавливаться на этих моментах, так как им правовую оценку адвокаты дадут в прениях. Главное, что судья внимательно выслушал и зафиксировал все вопросы и ответы.

Куда более интересным был допрос свидетеля Ольги КРИВОШЕЕВОЙ. С марта 2021 года время она является руководителем ТОО «SUNRISE INVEST», а до этого работала там же в качестве бухгалтера. При строительстве ЖК «Sunrise club house» ТОО «SUNRISE INVEST» выступало генподрядчиком. Именно с ними первый директор ТОО «Sunrise Home M» Саян Ашимов заключил договор генподряда.

Но вся фишка даже не в этом. Оказывается, у ТОО «Sunrise Home M» не был предусмотрен бухгалтер – учредители не хотели нести дополнительные затраты на содержание главбуха, а потому обязанности по контролю за 1С-бухгалтерией возложили на Ольгу Кривошееву. При этом периодически в офисе появлялись какие-то временные бухгалтеры, которые вносили данные с первичных бухгалтерских документов в базу. Но именно на Кривошееву «повесили» контроль за всеми операциями и ежедневный отчёт перед учредителями по движению денежных средств по фирме. И делала она это совершенно бесплатно!

— Потому что учредители хотели сэкономить на бухгалтере, и поэтому было принято общее решение. Все коллективно. За все четыре года работы ни один из учредителей почему-то мне не сказал: «Это ты ведешь бухгалтерию, и почему ты это делаешь это бесплатно!«, — сообщила Кривошеева, отвечая на вопрос адвоката Саяна Ашимова, кто ей дал право доступа в программу 1С.

К слову, суммы только по продажам квартир в ЖК составляли почти 4 млрд тенге.

Поэтому неудивительно, что, когда вопросы Кривошеевой стал задавать Саян Ашимов, она выдала суду всю подноготную деятельности ТОО «Sunrise Home M». К примеру, сын депутата зачем-то попытался упрекнуть Кривошееву, что она, будучи директором строительной компании, не имеет строительного образования, а договор генподряда подписала, даже не вникая и не обсуждая себестоимость строительства.

— Так и скажите, что вы были номинальным директором, — попытался подвести череду своих наводящих вопросов Саян Ашимов.

— Почему я должна говорить, что я номинальный директор? Я не говорила, что я не знаю условий договора. Я сказала, что вы, учредители, между собой договорились, и я эти условия приняла, — ответила Кривошеева.

Ашимов попытался спровоцировать свидетеля и постоянно перебивал её, из-за чего судья был вынужден остановить словесный поток из уст сына депутата. И потребовал пояснить суду, для чего ему нужно знать, имеет ли Кривошеева диплом строителя или нет.

— Когда было начало строительства и окончание? – опять стал задавать бессмысленные вопросы Ашимов-младший.

— Затрудняюсь точно ответить. Где-то в 2021 году началось, а окончание строительства сильно затянулось. Примерно в два срока, — ответила Кривошеева.

Так как Ашимова опять понесло задавать вопросы не по существу, судья его остановил и потребовал задавать следующий вопрос.

— Потерпевший, вы столько вопросов задаёте. Объясните суду, для чего? Вам прям нужно знать точную дату начала и окончания строительства? – спросил судья Ан.

— Это генподрядчик, а не какой-то там рабочий, — пробубнил обижено сын депутата.

— Я это понимаю. Но что вы хотите выяснить точными датами? – ещё раз спросил судья.

— Я хочу понять, он был реальный генподрядчик или номинальный.

— Вы что, в первый раз видите свидетеля? – спросил судья.

После небольшой перепалки Ашимов стал задавать следующие вопросы. И вот тут началось самое интересное.

— Кто занимался банками и ключами: вы или какой-то другой бухгалтер? Чьи были ключи? – спросил сын депутата.

— Ваши.

— Мои ключи были у бухгалтера?

— Да.

— Так как вы в группу отправляли отчёты по взносам и кто сколько забрал, можете ли сказать, равномерно ли деньги забрали учредители?

— И вносили согласно долям неравномерно, и забирали неравномерно.

— Какой учредитель относительно своей доли вложенных средств забрал больше в процентном отношении, а какой меньше? – вновь попытался выставить себя жертвой Ашимов.

Суд снял этот вопрос, пояснив, что Кривошеева допрашивается в качестве свидетеля, а не эксперта.

— А кому, как не главному бухгалтеру, это вопрос задавать? Она ж сама говорит, что вела отчёты, делала таблицы, – попытался спорить с судьёй Ашимов.

Однако суд всё равно снял вопрос.

Во время одного из следующих вопросов Ашимова относительно роли Кима в строительстве ЖК, Кривошеева сказала:

— Ким пытался вывести этот объект. Закончить его до конца.

По словам свидетеля, почти год в ТОО «Sunrise Home M» не могли определить человека, который бы подписал документы и сдал объект.

Спросил Ашимов про возникновение суммы в 7,5 млн тенге, которая была списана на него. Он сослался на таблицу, которая также была в чате учредителей.

— Почему это на меня вешают? – возмутился сын депутата.

— Там, смотрите по таблице, есть комментарии. Там стоит ТМ – значит, Толеген Мукатаевич, ваш папа. СХГ – значит Sunrise Home G. Асфальт – Даурен. Электрик — Саян. Счётчик – Саян. Ещё G. Все эти моменты касались Sunrise Home G. Эти деньги, которые были потрачены на ваш объект, но взятые с этого нынешнего объекта Sunrise Home M, — дала чёткий ответ свидетель.

Когда Ашимов попытался пояснить суду всю эту схему и в итоге задал вопрос свидетелю, делал ли это он, Кривошеева прямо ответила:

— Ваш папа.

Потом Ашимов-младший решил поинтересоваться, кто куда платил деньги за выкуп доли в ТОО через приобретение земли. На что тоже получил четкий ответ:

— Земля принадлежала вашему папе — Толегену Мукатаевичу. Официально на кого или на что она была оформлена, я не знаю. Но ваш папа преподносил, что это его земля. И он оценил её в 190 млн тенге. Я к этим деньгам отношения не имела и их не видела.

После Ашимова-младшего уточняющие вопросы свидетелю Кривошеевой задал судья. В частности, она пояснила суду, что в группе состояли все учредители: Айгерим ИМАНОВА, Болашак ИМАНОВ, бухгалтер Руслана Усенбекова и Толеген Ашимов. Отчёты скидывались ежедневно. То есть все учредители могли полностью контролировать поступления и расход денежных средств. И даже депутат Ашимов мог это делать, хотя вообще не имел отношения к финансовой части ТОО. Но никто не заметил никаких нарушений почти до самого завершения строительства.

Что ещё стало известно из допроса Кривошеевой?

Усенбеков выводил часть своих средств через аффилированные ИП. Для чего – несложно догадаться. Ведь ИП платит всего 3% налогов.

Подсудимый Ким, когда учредители Ашимов и Иманов не имели средств, чтобы пополнить срочные нужды ТОО, сам где-то занимал деньги и вносил в компанию, чтобы не было простоев на объекте. Да, это уже второй свидетель, который в суде подтвердил, что некоторые учредители не вносили свои деньги в строительство, из-за чего срывались сроки сдачи ЖК.

Но главное – по бухгалтерским документам все учредители получили вложенные средства. То есть в минус не ушёл никто. Этот момент суд уточнил отдельно, и Кривошеева уверенно подтвердила – убытков инвесторы не понесли.

Во второй половине дня в суд из Астаны прибыли два эксперта, которые проводили основную и дополнительные экономические экспертизы.

Адвокаты защиты от экспертов хотели услышать информацию по банковским выпискам, по 1С-бухгалтерии, по первичным бухгалтерским документам, на основании которых делался анализ и давались заключения экспертиз.

Большинство же пояснений экспертов сводились к тому, что «ответы в экспертизе даны согласно поставленным следователем вопросам» и «это было в материалах уголовного дела». Адвокат Бахыт АХМЕТОВА после череды таких ответов сказала суду, что не видит смысла для дальнейших вопросов таким экспертам.

Самое главное, что удалось выяснить адвокатам у экспертов – они не зафиксировали в своих экспертизах, на каких носителях им передана информация от следователя. Причём это касалось как флешек, так и ноутбука с 1С-бухгалетрией. То же самое касалось и выписок с банковских счетов: они вроде бы есть, но где именно – загадка. Однако ими пользовались целых два эксперта.

Но в самый большой тупик поставил экспертов подсудимый Сергей Ким. Сначала оба эксперта откровенно поплыли по вопросу анализа первичных бухгалтерских документов: анализ почему-то касался только тех, на которых указана фамилия Ким, а с другими фамилиями были признаны не пригодными для бухучета. Окончательно же добил экспертов подсудимый еще более простым вопросом: где в заключении экспертиз ответ на вопрос №35?

Вопрос №35, который был поставлен следователем, был следующий: на какую сумму подтверждено первичными документами списание средств, выданных в подотчёт Саяну Ашимову за период с 1 января 2021 по 30 июня 2024 года?

Оба эксперта отчаянно листали свои заключения, но так и не нашли ответа на этот вопрос, который обязаны были дать.

Можно предположить, что при таком раскладе экспертизы будут признаны недопустимыми доказательствами по делу, так как выполнены с грубейшими нарушениями. Именно эти экспертизы легли в основу обвинительного акта. Впрочем, не будем предвосхищать события: окончательные ответы на наши предположения мы услышим от адвокатов и суда.

Толеген Ашимов на заседание суда не явился, хотя для его допроса ещё оставалось больше часа. Никакой информации о причинах его неявки озвучено не было. В конце заседания, когда судья Ан определил порядок проведения следующего заседания суда, назначенного на 5 июня 2026 года, на первую половину дня был заявлен депонированный свидетель, заявленный гособвинением, а на вторую – допрос подсудимого Кима. Из чего напрашивается вывод, что суд завершил допрос всех важных свидетелей и экспертов по уголовному делу.

Главная загадка теперь – кто же этот тайный свидетель, которого депонировали и допросят в закрытом судебном заседании в присутствии только адвокатов и судьи. Более того, его допрос будет проводится без аудио- и видеофиксации, с составлением протокола допроса в бумажном виде.

Для читателей поясним: депонированный свидетель — участник уголовного процесса, чьи показания были заранее зафиксированы следственным судьей ещё на этапе досудебного расследования. Депонирование применяется для защиты свидетелей, если есть риск, что позже опросить их будет невозможно из-за тяжелой болезни, отъезда, угрозы безопасности или психологической травмы. Из всего круга лиц, так или иначе связанных со строительством ЖК, сложно назвать кого-то, кто получил бы психологическую травму, имел тяжёлую болезнь или был срочно вынужден уехать. К тому же депонированный свидетель заявлен прокурором под самый занавес судебного разбирательства.

Остаётся только один вариант — угроза безопасности. Но в ходе судебного разбирательства никто не заявлял ни разу об угрозах со стороны подсудимого. В суде совершенно спокойно дала показания даже Кривошеева, которая знала все финансовые потоки по объекту.

Впрочем, есть одна догадка, кого могли депонировать прокуроры. Этим тайным свидетелем может оказаться никто иной, как депутат городского маслихата от партии Amanat Толеген Ашимов. И вот почему.

Во-первых, именно он боится огласки основных деталей по уголовному делу, так как именно после публичной публикации его показаний в суде у ряда госорганов может появится непреодолимое желание зайти с проверкой как в ТОО, так и завести уголовное дело на самого Ашимова.

Во-вторых, у Ашимова много близких родственников работает в органах прокуратуры – как в области, так и в Генеральной прокуратуре, поэтому изначально адвокаты замечали, что все следственные действия и даже переквалификация дела по статье 190 УК РК могли произойти по причине негласного давления со стороны работников прокуратуры.

В-третьих, подсудимый Ким владеет большим массивом информации именно в отношении Толегена Ашимова, так как знает все его финансовые схемы. И, соответственно, в процессе допроса задаст максимально возможное число неудобных вопросов.

В-четвёртых, любой негатив в отношении депутата городского маслихата от партии Amanat Толегена Ашимова будет ассоциироваться не только с ним, как бизнесменом и депутатом, но и как с членом партии Amanat. Как мы все хорошо знаем, 1 июля 2026 года вступает в силу новая Конституция, за которую мы голосовали на референдуме. Конституция предусматривает ряд реформ, в том числе по перевыборам нового парламента – Курултая. В Караганде и Карагандинской области партии Amanat и так придётся нелегко в период предвыборной агитации, так как в регионе большое количество электората находится под влиянием новой партии – Әділет. Если ещё после допроса в суде старейшего члена партии Amanat Ашимова у конкурентов появится непомерное количество компромата, то для партии Amanat грядущие выборы в Карагандинской области могут оказаться самыми провальными в истории.

Разумеется, это исключительно предположения редакции Hronika.kz, построенные на логическом анализе ситуации по уголовному делу.

К тому же редакция обнаружила интересные подробности по уголовному делу в отношении экс-руководителя ГУ «Отдел строительства Шетского района» Серика МУСАГУЛОВА, который был осужден в том числе потому, что незаконно перечислял деньги на счета ПК «Аспап», принадлежащего Толегену Ашимову. Да и сын депутата Саян Ашимов дал пищу для размышления, записав интервью с одним из местных блогеров. Но об этом Hronika.kz расскажет в следующей публикации.

Фото: скрин из видео.

ДЕЛИТЕСЬ СВОИМ МНЕНИЕМ И ОБСУЖДАЙТЕ СТАТЬЮ НА НАШЕМ КАНАЛЕ В TELEGRAM!

Бизнес по-карагандински: сколько миллионов задолжала бюджету фирма депутата партии Amanat Толегена Ашимова