Что скрывает “Самрук”: неудобные вопросы о дорогом обучении сотрудников остались без ответов

Коммерческие тайны некоммерческой организации

Hronika.kz продолжает исследовать закупки подконтрольных ФНБ “Самрук-Казына” и АО НК “КазМунайГаз” нефтекомпаний, в особенности закуп персонала и дорогостоящих тренингов для сотрудников, большинство из которых поставляется через ЧУ «Samruk Business Academy» (SBA).

По данным сервиса adata.kz, эта компания за время своего существования только в виде налогов заплатила 78,6 млрд тенге, что сравнимо по объемам с золотодобывающим предприятием АО «Майкаинзолото». 89% всех закупок образовательно-аутстаффинговая компания получает методом «из одного источника». За время своей активной работы ЧУ получила 3485 контрактов на сумму 323 млрд тенге.

В особенности наше внимание привлек случай, когда “благодаря” обучению в этом ЧУ сотрудники нацкомпании попали в долговую яму. Речь идет о кейсе компании «Kazakhstan Petrochemical Industries Inc», которая закупала у SBA обучение для своих сотрудников. 70 дней учёбы в России на заводе “Сибур” обернулись для них непосильным долговым бременем. В итоге один из сотрудников оказался перед выбором — либо застрять на бесперспективной работе на три года, либо платить свыше 14 млн тенге. Сейчас он платит деньги судоисполнителю. Причем, подписывая договор, он не знал конкретно, на что соглашается — слишком поверхностно были описаны в нем условия, а уж сумма реальной стоимости обучения и вовсе стала известной постфактум.

Этот кейс и в целом работа ЧУ вызывают множество вопросов, которые мы задали и акционерам и самой «Samruk Business Academy» в редакционных запросах. Конечно, полученные ответы по информативности оставляют желать лучшего, большая часть вопросов так и осталась без ответов, либо полученные ответы оказались “общими местами”, а не конкретной информацией. Тем не менее кое что узнать удалось.

Так ФНБ “Самрук Казына” пишет, что не вмешивается в деятельность организаций группы фонда, они принимают решения по вопросам привлечения персонала, закупок, обучения и выбора поставщиков самостоятельно. При этом SBA в фонде назвали некоммерческой организацией по развитию человеческих ресурсов, а привлечение персонала через аутстаффинг — экономией.

“Оценка экономической эффективности конкретной услуги относится к компетенции заказчика услуг и требует сопоставления совокупной стоимости предоставления персонала с затратами при прямом найме. При этом отмечаем, что использование модели предоставления персонала повышает управляемость затрат и снижает нагрузку на HR-подразделения и бухгалтерию.

Экономия достигается за счет консолидации кадрового администрирования: одно подразделение по кадровому учету и одно по организации и расчету заработной платы обслуживают несколько портфельных компаний группы Фонда. Содержание отдельных штатных единиц соответствующего профиля в каждой компании обходится дороже, чем приобретение услуги консолидировано”, — сообщили в ФНБ “Самрук- Казына”.

Напомним, недавно Hronika.kz выяснила, что за привлечение секретарши без опыта работы “КазМунайГаз” платит ЧУ 9 млн тенге. Вопрос: во сколько обходится содержание штатного сотрудника КМГ, если привлечение через SBA условной секретарши за 9 млн тенге позволяет экономить средства компании? Зачем тогда вообще держать HR-подразделения и бухгалтерию в нефтефирмах, если с них надо потом снимать нагрузку, привлекая рабочих через SBA?

В фонде отметили, что возможность закупки у одного источника предусмотрена при наличии оснований. Намекая на постоянные закупки у ЧУ из одного источника, “Самрук-Казына” сообщил, что способ может применяться “с учетом производственной специфики, необходимости непрерывного обеспечения деятельности и недопущения простоев”. При этом нет каких-либо отсылок на внутренние нормативы Фонда, устанавливающих обязательное привлечение персонала именно через SBA.

ФНБ “Самрук- Казына” повторил ответ “КазМунайГаза” о том, что сумма на одного сотрудника не равна зарплате, так как туда включены налоги, страхование и прочие расходы. Хотя мы в своих статьях и не говорили о том, что сумма равна зарплате, а только о том, в какую сумму в конечном итоге один рабочий обходится фирме, когда его нанимают через ЧУ.

В 2024 году “КазМунайГаз”, после того как в своей статье мы написали о том, что один работник обходится им в 1,5 млн тенге, уточнил, что реальная зарплата конкретной секретарши из той публикации — всего лишь 300 тысяч тенге. В чем глубокий философский смысл таких расходов — в пять раз переплачивать “прокладке”, а не самому сотруднику?

Самое интересное, что сообщили в “Самруке”, это то, что SBA является некоммерческой организацией и не имеет в качестве основной цели извлечение прибыли. При этом расходы компаний, пользующихся услугами SBA, могут относится на вычеты по налогам.

Со стороны это выглядит так: две компании ФНБ “Самрук-Казына” и АО НК “КазМунайГаз” создают третью, причем, как выяснилось, некоммерческую контору, и все заказы сливают в нее, чтобы она же оказывали им странные услуги без всяких конкурсов на десятки и даже сотни миллиардов тенге. Если бы такая же история произошла в частном бизнесе, то схемой давно бы уже заинтересовались налоговая служба и другие организации со страшными аббревиатурами.

“Чистый доход между участниками не распределяется, а доходы от деятельности и иные поступления направляются на достижение уставных целей Учреждения.

Доходы SBA учитываются и облагаются в соответствии с налоговым законодательством Республики Казахстан.

Расходы заказчиков на приобретение услуг SBA могут быть отнесены на вычеты при соблюдении требований налогового законодательства, наличии надлежащих первичных документов и подтверждении связи соответствующих расходов с деятельностью, направленной на получение дохода”, — сообщили в “Самрук-Казына”.

По поводу тренингов, которые поставляет SBA нефтефирмам, “Самрук-Казына” ничего нового не сообщил — в стоимость входит не только оплата тренерам, а целая комплексная образовательная услуга. Правда, в “Самрук-Казына” говорят, что при необходимости стоимость сопоставляется с рыночными предложениями по сопоставимым образовательным программам и условиям их оказания.

Почему к обучению привлекается все та же ЧУ, в фонде тоже не сказали. Хотя мы задали такой вопрос — может у них есть уникальное оборудование для обучения или высококлассный профессорско-преподавательский состав? Но нет, оказывается, это не основание для привлечения именно ЧУ. Но, несмотря на это, сказать, сколько контрактов по теме образования было отдано другим, не аффилированным с ФНБ “Самрук-Казына” подрядчикам, нам не смогли, поскольку, по их словам, они не занимаются сбором такой аналитики…

Вырисовывается интересная картина: десятки миллиардов тенге сливаются подконтрольными ФНБ фирмами в одну фирму, а в материнской компании и бровью не поведут, им неинтересно, за что они переплачивают. А ведь сбор аналитики и поиск актуальной рыночной цены на тренинги в таких условиях — это то, что напрашивается само собой. Напомним, что в техспецификациях часто не говорится, о каких именно тренингах идет речь, зато заказчики не забывают упомянуть о бесконечных кофебрейках, фотографах и оформлении.

Переписка с самим ЧУ «Samruk Business Academy» оказалась еще менее информативной. Большую часть вопросов Hronika.kz задала непосредственно про кейс «Kazakhstan Petrochemical Industries Inc». На вопрос о том, какова какова фактическая стоимость обучения 20 работников KPI в ООО «Сибур» в Тобольске и какую сумму SBA перечислил непосредственно ООО «Сибур» как субподрядчику нам сообщили, что это коммерческая тайна… Причем, установлена такая тайна в интересах контрагента, то есть “Сибура”. В ЧУ подчеркнули, что KPI самостоятельно выбрал местом обучения именно “Сибур”.

Совершенно не прояснили в SBA и тот факт, почему между договором закупки и подписанным актом выполненных работ всего 22 календарных дня. Исходя из судебных документов, обучение проходило с 28 апреля по 28 июня 2021 года, а договор KPI с SBA был заключён 10 июня 2021 года, то есть когда обучение уже заканчивалось. А акт выполненных работ на сумму 376 млн тенге ЧУ сдало 2 июля 2021 года, то есть спустя 22 дня после заключения договора. В ЧУ «Samruk Business Academy» утверждают, что фактически начали работу раньше, но договор подписали позже.

“Вывод, положенный в основу вопроса, условиям договора не соответствует. Согласно условиям договора, его действие распространяется на взаимоотношения Сторон, возникшие с 28 апреля 2021 года. Согласно договору, акт оказанных услуг датируется последним днем оказания услуг.

Период оказания услуг определяется не датой подписания договора, а датой, с которой стороны распространили его действие, – с 28 апреля 2021 года по 2 июля 2021 года. Возможность распространения условий договора на отношения, возникшие до его заключения, прямо предусмотрена Гражданским Кодексом РК. Фактические даты оказания услуг определены заявкой Заказчика. Акт оказанных услуг подписан после фактического оказания услуг. Согласно условиям договора оплата производится исключительно после подписания сторонами акта и выписки электронного счета-фактуры. Условий, допускающих подписание акта до оказания услуг, договор не содержит; такое подписание не производилось”, — сообщили в ЧУ.

Стоимость обучения в 18.8 млн тенге за 70 дней в компании объяснили поверхностно, что туда включена организация подготовки на действующем опасном производственном объекте: оформление допусков и инструктажей, обеспечение требований промышленной безопасности и охраны труда, проживание, питание и транспортное обеспечение группы за рубежом и прочее. Hronika.kz просила точную калькуляцию, которую, конечно же, не предоставили.

По поводу возможностей обучения персонала компании в Казахстане (или в России, но по более низким ценам) и по поводу дороговизны обучения в ЧУ ответили так:

“Выбор поставщика услуг и способ закупки определяются Заказчиком. Закупка проведена ТОО «Kazakhstan Petrochemical Industries Inc.» в соответствии с порядком, установленном закупочными правилами группы компаний АО «Самрук-Қазына». Сведения о рассмотренных заказчиком альтернативных предложениях относятся к компетенции Заказчика.

Сравнение с другими курсами подготовки некорректно, поскольку речь идет о принципиально разных по содержанию и объему услугах. В рамках данного договора осуществлялась не типовая учебная программа, а полноценная практическая подготовка производственного персонала непосредственно на действующем нефтехимическом производстве, с допуском к реальному промышленному оборудованию. Стоимость складывалась не только из образовательной составляющей, но и из полного организационного, логистического сопровождения группы. Такой комплекс услуг по определению не может стоить столько же, сколько локальный курс без выезда за рубеж и без доступа к промышленной площадке”, — сообщили в ЧУ «Samruk Business Academy».

Иными словами, сами того не желая, SBA расписались в том, что в KPI заведомо знали, куда поедут учиться их сотрудники — в компанию, которая чуть позже станет их партнером, но решили по каким-то причинам заключить контракт не напрямую, а использовать фирму-прокладку. При этом сумма, которую KPI заплатили ЧУ, известна, а дальше след денег теряется, потому что ЧУ засекретил ее в интересах “Сибура”. Учитывая общую тенденцию к непрозрачности и финансовые потоки, циркулирующие через ЧУ, боимся представить — какова разница, которая, к слову, легла потом на плечи некоторых простых работников.

А еще мы, кажется, поняли, почему в SBA не сдержались от язвительного “вывод, положенный в основу вопроса, условиям договора не соответствует” в адрес нашей редакции и принялись нервно расписывать на три абзаца, почему можно сначала начать договорные отношения, а потом скрепить их на бумаге. Можно-то можно, но только в следующем абзаце они сами себе противоречат, говоря о том, что, помимо обучения, они занимались оформлением допусков и инструктажем на производственном (притом иностранном) опасном объекте. Ведь если бумажного договора не было, то в каком статусе сотрудники пребывали на “Сибуре”? Кто и на каком основании их пускал на эти самые промышленные объекты, кто проводил инструктаж и главное — если бы с ними что-то случилось, кто отвечал бы за это?

На претензию о том, почему сотрудники KPI фактически не знали о полных условиях договора обучения (знали, что надо отрабатывать три года, если обучение стоило больше трех миллионов, но не знали, что в случае увольнения придется платить далеко не 3-4 миллиона, а свыше 14 млн тенге) в ЧУ «Samruk Business Academy» ответили так:

“Учреждение не состоит и не состояло в правоотношениях с работниками заказчика. Заключение с работниками договоров об обучении, уведомление их о размере затрат и об условиях возмещения относятся к компетенции работодателя. Акт оказанных услуг подписывается сторонами договора – заказчиком и Учреждением. Работники стороной этого акта не являются”, — сообщили в ЧУ.

Простыми словами — без работников все решили сами, постфактум оставив их либо с долгами, эквивалентными стоимости квартиры в областном центре Казахстана, либо на бесперспективной работе на выбор, и даже не скрывают этого.

В итоге после ответов ФНБ “Самрук Казына” и самого ЧУ вопросов стало больше, чем до запросов. Позиция Фонда национального благосостояния нескромна и противоречива: компания некоммерческая, а ее деятельность — коммерческая тайна. Притом что речь идет о сотнях миллиардов, на минуточку, национальных тенге. Главный вопрос не в том обоснован или разрешен законом аутстаффинг и дорогостоящее образование, а в том — как убедиться общественности в его экономической целесообразности, если от предоставления подробной калькуляции в “Самруке” отказываются?

Фото: Skc.kz.

ДЕЛИТЕСЬ СВОИМ МНЕНИЕМ И ОБСУЖДАЙТЕ СТАТЬЮ НА НАШЕМ КАНАЛЕ В TELEGRAM!

Как обучение в ЧУ «Samruk Business Academy» загнало казахстанских рабочих в долговую яму

Почему КМГ скрывает стоимость дорогих сотрудников, закупаемых через ЧУ «Samruk Business Academy»